Религиозная война в Черногории. За что, против кого и при чем тут Украина?

Дмитрий Скворцов

В ночь на 27 декабря на улицы городов Черногории вышли десятки тысяч граждан, заблокировав главные дороги.

Раннее утро в г. Беране

Только в столице – Подгорице две тысячи верующих вышли на крестный ход. В три часа ночи их остановил полицейский заслон на центральном городском мосту, где и продолжилось молитвенное стояние.

На мосту Блажи Йовановича. Подгорица

В знаменитых курортных Будве и в Герцег-Нови стихийный порыв поддержали городские власти. В тоже время полицейские избили благословлявшего протестующих епископа Мефодия – настоятеля монастыря Рождества Богородицы в Цетинье, одного из самых посещаемых в Черногории.

Причиной волнений стал принятый парламентом страны закон "О свободе вероисповедания и убеждений и правовом положении религиозных общин". Власти не скрывают, что направлен данный акт против Сербской православной церкви – единственной канонической структуры, действующей на территории Черногории.

В чём суть антицерковного закона

Согласно принятому акту, православные храмы, монастыри и другие религиозные объекты, построенные до 1 декабря 1918 года, могут быть переведены в государственную собственность. Это произойдёт в том случае, если религиозная община не докажет право собственности на объект. "Обоснование" для этого законодатели отыскали в актах времён Княжества и Королевства Черногории (1852 – 1916 годов). По ним государство в тот период было обязано материально поддерживать религиозные объекты.

А чтобы максимально упростить и ускорить национализацию, споры в отношении церковного имущества будет решать не суд, а госуправление по недвижимости.

Кроме того, автоматически продлена конфискация церковного имущества, которое было отобрано у Сербской церкви во времена коммунистической Югославии.

Противники закона выдвигают следующие контрдоводы.

  1. Подавляющее большинство из семи сотен православных храмов Черногории к указанному периоду были давно уже (с IV в. н.э.) построены церковью. И даже во второй половине XIX в., в случае дополнительной помощи государства, строились они в основном на средства той же Сербской церкви и её верующими.
  2. Юридического учета религиозных объектов до XIX в. не велось либо документы о праве собственности в прошлых веках не сохранилось.
  3. Значительное число храмов не имеет вообще никакого отношения к Княжеству и Королевству Черногории, поскольку с 1852 по 1916 гг. находились на территории других государств (например, весь регион Которского залива вплоть до Будвы).
  4. Обширные (по Черногорским меркам) территории севернее г. Мойковац вошли в состав страны только в 1913 г., то есть всего за 3 года до фактического конца существования Королевства Черногории.

Однако аргументы эти не имеют действия по той главной причине, что принятие закона – акт политической воли. "Наша задача – возрождение Черногорской православной церкви", – заявил президент Черногории Мило Джуканович. Сам он, при этом – убеждённый атеист (бывший член ЦК компартии Югославии, потомственный коммунист, а потому, естественно, даже не крещённый).

"Черногорская православная церковь" (ЧПС), это непризнанная мировым православием самопровозглашённая структура – аналог "Украинской православной церкви – Киевского патриархата" (УПЦ-КП). История "ЧПЦ" также начинается в 90-х. Возглавляет ее Мираш Дедеич. Его в своё время отчислили из Московской духовной академии.

Не будучи принятым в клир Сербской церкви, Дедеич перешел в Константинопольский патриархат, но вскоре и там был запрещён в служении. В эти годы жена обвинила его в измене и расторгла брак. Неженатый статус открыл Дедеичу дорогу в "епископат" т.н. "Болгарской патриархии" – ещё одном непризнанном образовании, ныне упразднённой.

На 2015 год в ЧПС насчитывалось 25 священников (практически все по разным причинам были уволены из Сербской церкви). Но ещё в 2007 году данная структура заявила, что "начинает борьбу за возвращение всех религиозных объектов, которыми пользуется Сербская православная церковь в Черногории, построенных до 1920 г. или финансированных из бюджета Черногории после этой даты".

Что стало детонатором бунта

Парламентское большинство во главе со спикером отклонило абсолютно все 117 изменений в закон, внесенных оппозицией.

Не прошла даже поправка, в которой предлагалось руководствоваться Конституцией Черногории и ратифицированными международными договорами. Заседание транслировалось на сайте Скупщины, и с каждой отклонённой поправкой ситуация в обществе (а более 80% черногорцев относят себя к Сербской православной церкви) накалялась. Взрыв негодования случился, после того как спикер скупщины Иван Брайович отказался перенести заседание на следующий день, видимо опасаясь, что днём массовость протестов будет на порядок выше. Протест депутатов - противников закона был туту же нейтрализован: несколько десятков "людей в штатском" арестовали всех 18 депутатов оппозиционной коалиции "Демократический фронт" и пятерых административных сотрудников парламента.

 

Следует сказать, что перед этим кто-то бросил в зал пробитый баллончик со слезоточивым газом.

Лидер черногорского движения "Анти-НАТО" Игор Демьянович считает, что это была провокация спецслужб: "В здании скупщины весь день провел Зоран Лазович — многолетий серый кардинал службы безопасности. Как сообщает белградская газета "Информер", Лазович в коридоре парламента отвесил оплеуху главе правительства Душко Марковичу, "огорченный", как говорят, тем, что Маркович пошел на переговоры с Митрополитом Черногорско-Приморским Амфилохием".

Известный черногорский юрист Зоран Чворович считает, что в конфликте задействована не только служба безопасности, но и "джукановичевская мафия, которая контролирует торговлю наркотиками и недвижимостью". И, вероятно, "их рук дело" – покушение на популярнейшего черногорского оппозиционера Миодрага Давидовича, рассматриваемого как вероятного лидера протестов. Дело в том, что в преддверии рассмотрения Закона, церковь созвала 21 декабря т.н. церковно-народный собор. Несмотря на проливной дождь, его пришлось проводить на площади перед собором – верующих собралось до 20 тысяч.

 

Заранее было известно, что на соборе выступит церковный благотворитель и предприниматель Давидович. Но 11 декабря он был ранен снайпером.

"Исполнители покушения на Давидовича и ныне не привлечены к ответственности, а почти полное отсутствие следов, сожженное оружие и автомобиль, на котором они скрылись, указывают на серьезную организацию", – считает Игор Демьянович.

Прецедент для Украины?

Через 10 месяцев в Черногории должны пройти парламентские выборы и антицерковный закон не может не ударить по рейтингу партии власти. Тогда зачем он понадобился Джукановичу? Ответ, видимо следует искать в визите месяц назад в Черногорию уполномоченного Госдепа США по вопросам международной религиозной свободы Сэма Браунбэка.

Речь идёт о том самом Браунбэке, который в прошлом году посетил Фанар за четыре дня до того, как Варфоломей принял к рассмотрению прошение Порошенко и Верховной рады об "автокефалии церкви Украины". Тот же Браунбэк затем лично заверил Порошенко и тогдашнего спикера Парубия, что США будут рады помочь в имплементации решения о создании "единой поместной церкви".

И именно после визита Браунбэка в Черногорию Закон "О свободе вероисповедания" появился в повестке парламента, стремительно пройдя все комитеты. Хотя первые общественные слушания по законопроекту проходили еще в 2015 году, в июне этого года законопроект был отозван.

Стратегически, ослабление Сербской православной церкви выгодно как США (ведь СПЦ поддерживает Русскую православную церковь в её противостоянии Вселенскому патриархату), так и Джукановичу, который старается максимально разорвать связи Черногории с Сербией (многие черногорские прихожане СПЦ продолжают считать себя сербами, а не отдельной черногорской нацией). Следовательно, Сербская церковь в Черногории рассматривается им как естественно сложившийся агент влияния "Сербского мира". Но срочность, скорее всего в том, что именно сейчас – на фоне углубления отношений Белграда с Москвой, Сербия все более заявляет себя самостоятельным игроком на Балканах.

Что же касается реальности признания ЧПС Фанаром, это возможно в любой момент. Например, если участники намеченного на февраль межправославного совещания под председательством Иерусалимского патриарха окончательно станут на сторону Москвы в вопросе непризнания ПЦУ.

Да, Варфоломей в последние пару лет сделал несколько заявлений в поддержку единства Сербской церкви, но вплоть до 2017 года такие же заявления делал он и в поддержку УПЦ (МП). Это не помешало ему уже в 2018 году заявить о неканоничности пребывания УПЦ (МП) на территории Украины.

И если модель признания ПЦУ может быть вполне использована для признания ЧПЦ, то опыт имплементации черногорского Закона "О свободе вероисповедания" может быть вполне задействован украинской властью после окончательного вступления в действие украинского закона "О свободе совести и религиозных организациях (чей центр управления находится в стране, признанной парламентом Украины страной-агрессором)". Сейчас действие закона фактически приостановлено решением Верховного суда, но эта ситуация в любой момент может измениться.

К слову, в Москве проводят аналогии ситуации в Украине и в Черногории.

"Сербская церковь, комментируя принятие этого закона, отметила, что он принят для того, чтобы отдать их храмы черногорским раскольникам, – заявил секретарь по межправославным отношениям отдела внешних церковных связей МП о. Игорь Якимчук. – Сейчас у них ("ЧПЦ", – Д.С.) практически нет поддержки народа. К ним никто не ходит. А вот если отобрать храмы у канонической церкви и передать раскольникам, то кто-нибудь, может, в эти храмы по привычке и придет. Эта ситуация очень напоминает то, что произошло на Украине".

Но в Черногории не все считают, что это первоочередная задача власти.

"Джуканович не намеревается просто взять и насильственно захватить святыни, чтобы передать т.н. Черногорской православной церкви", – считает профессор Чворович. По его мнению, закон – это рычаг давления на Черногорскую митрополию Сербской церкви, "чтобы довести её до состояния полной неуверенности - правовой и финансовой беззащитности и, в то же самое время, – до состояния зависимости от милости отдельных представителей государственной власти".

Острожский монастырь в Черногории. Фото: Bilko2

"Епархии Сербской церкви в Черногории будут формально лишены права собственности на самые важные храмы, самые большие святыни, так же, как и на самые большие источники дохода, так как Сербская Церковь будет в соответствии с Законом облагаться налогом. Кроме того, будут продолжаться преследования священников и монахов, которые не являются уроженцами Черногории", – заключает юрист.

И уже до принятия Закона из Черногории было выдворено в Сербию около пятидесяти служителей СПЦ.

Тем временем, в Черногории при приходах уже организовываются силы самообороны. И насколько далеко зайдет противостояние пока никто сказать не может.

Читайте также
Любое копирование, публикация, перепечатка или воспроизведение информации, содержащей ссылку на «Интерфакс-Украина», запрещается.